«Седьмые врата ада» (E tu vivrai nel terrore – L’aldila, 1981)

1981 год стал для Лучио Фульчи очень плодотворным. Он выпустил сразу три фильма: «Черный кот», «Дом на краю кладбища» и «Седьмые врата ада». Три ужастика, являющиеся квинтэссенцией режиссерского стиля Фульчи. Так уж вышло, что «Седьмые врата ада» попались мне на глаза практически сразу после просмотра «Дома на краю кладбища», поэтому я поневоле сравнивал эти две картины между собой. И должен отметить, что однозначно все руками и ногами голосую за «Дом», ибо «Врата» — это нечто неописуемое. Будь Фульчи Бендером Задунайским, можно было бы открыто заявить – Остапа понесло!

Два хоррора объединяет не только год производства. Во-первых, главную роль в обоих фильмах исполнила специально приглашенная англичанка Катриона МакКолл (она же появилась и в первой части неофициальной трилогии Фульчи, «Городе живых мертвецов», 1980). Во-вторых, сюжетная линия обеих картин фактически одинаковая, за что «спасибо» самому Фульчи, как соавтору, а также сценаристу Дардано Саккетти. Судите сами.

1927 год. Американский штат Луизиана. Богом забытый отель в Богом забытом городишке. В комнате под номером 36 мрачного вида художник рисует не менее кошмарную картину. К нему в номер врываются пейзане с колюще-режущим оружием и линчуют беднягу, прямо не отходя от кассы. Следуя присказке «мочить в сортирах», недовольные фермеры, обвинив рисовальщика (художника каждый норовит обидеть) в том, что он открыл одно из семи врат Ада, приколачивают его гвоздями к стене туалета и поливают некой смертоносной субстанцией, визуально смахивающей на цемент. На этом пролог фильма заканчивается, как и жизнь несчастного постояльца номера 36.

Наше время, каким оно было в 1981. Одинокая и бездетная Лайза Меррил радостно приезжает в доставшийся ей по наследству отель. Бывшая модель и танцовщица (хотя ни то, ни другое никоим образом не подтверждается внешними данными) безумно счастлива, ибо надеется подкрасить фасад угрюмого здания и по-быстрому наварить денег. В доме от прежнего хозяина осталась немногословная служанка Марта и еще более странный Артур. Уволить их у Лайзы рука не поднимается, поэтому старые обитатели отеля по-прежнему по нему снуют, пугаясь собственных отражений в редких зеркалах.

Бывший хозяин, судя по всему, давно махнул на отель (выглядящий как сарай изнутри и снаружи) рукой, ибо в здании царит разруха, а в подвале вообще пробило трубу и можно устраивать наперегонки с крысами заплывы на малые дистанции. Для целей прекращения потопа новая хозяйка вызывает сантехника Джо, с приездом которого цельная структура повествования заканчивается, и начинается безумная вакханалия смертей, нелепостей, безумных персонажей и глупостей, от которых хочется плакать и смеяться одновременно.

Сантехнику в подвале жуткая рука выковыривает глаза. Джо, не пережив такого грубого отношения к своей сантехнической персоне, тут же отправляется на тот свет. Нашедшая его Марта не кричит и не плачет, мол, тоже невидаль, мертвый работник ЖЭКа в подвале. И она права, дальше будет еще похлеще. Джона отправляют в больничку. Не лечиться, само собой, а на вскрытие. Туда же отправили еще один трупик, уже не первой свежести, также обнаруженный Мартой. Заметьте, никакой полиции, никаких детективов. Нашли двух мертвяков с явными следами насильственной смерти и никому нет дела. Луизиана, дикий край.

Жена покойного Джо, пришедшая в морг приодеть мужа в парадный загробный костюмчик, неожиданно чего-то пугается и падает навзничь, дабы подставить свою физиономию под опрокинувшуюся банку с серной кислотой. Эффект, что называется, налицо.

Тем временем Лайза знакомится со слепой девушкой Эмили и ее собакой-поводырем Дики. Они мило беседуют о том, что Лайзе нужно убираться из отеля к чертовой матери, иначе ей и всей ее семье до пятого колена наступит разящий и окончательный аллес гемахт. После чего слепенькая чего-то пугается и убегает. Убегает резво, не каждый зрячий догонит. Лайза не слушается приблудную прорицательницу и поднимается в вышеупомянутый 36-й номер, где на стене туалета всё также подвисает прибитый художник. Лайза страшно кричит и падает в объятья к доктору Джону МакКейбу, который проходил поблизости.

После того как таинственные и жуткие потусторонние силы убивают служанку Марту, Эмили с песиком, невнятного Артура и даже местного архитектора, который помогал Лайзе привести в порядок отель, хозяйка и доктор наконец-то остаются наедине. Однако вместо того, чтобы купить вина, сварганить ужин и зажечь камин, они с непонятными разумному человеку намерениями отправляются в госпиталь. Просто их что-то под вечер потянуло в морг.

Тем временем в больнице творится тотальный кошмар. Все мертвые ожили, бродят по коридорам, кусаются и не желают укладываться обратно, хотя время уже позднее. Доктор хватает свой табельный кольт, Лайзу и вместе они пробиваются сквозь толпы ходячих мертвецов к выходу. Вопрос о том, зачем они сюда вообще приперлись, не стоит на повестке дня. Теперь хотелось бы выбраться. Желательно целиком, а не по частям. Расстреляв все патроны в бессмертные тела пациентов, герои таки находят выход и непонятным образом снова оказываются в подвале отеля. Там, как и было обещано, они обнаруживают те самые Врата в Ад, о которых весь фильм все только и говорили. Ступив по ту сторону, Лайза и доктор теряют зрение и навсегда пропадают из нашего мира, став лишь частью жуткой картины, нарисованной маслом в 1927 году.

Друзья, я не смог удержаться от соблазна поведать вам про этот бред сивой кобылы, даже, несмотря на спойлеры. Хотя, простите, какие к черту могут быть спойлеры у сюжета, не имеющего смысла? Как видите, сюжетные перипетии фильма действительно отчаянно дублируют события «Дома на краю кладбища». Снова перед нами охваченный древним проклятьем дом, снова новые постояльцы, выступающие в качестве пушечного мяса для демона, проживающего в подвале, снова необъяснимые, но чертовски зловещие потусторонние силы, за которыми незримо стоит Он, Падший Ангел.

По сути, «Седьмые врата ада» — это самый типичный для Фульчи фильм, поэтому всем желающим ознакомиться с его творчеством будет достаточно одной этой картины. В отличие от своих коллег по жанру, Дарио Ардженто и Ламберто Бава, режиссер всегда жертвовал здравым смыслом в угоду натурализма и зрелищности.  Зрелищность в понимании Фульчи заключалась в максимально возможном количестве крови, кишок и оторванных конечностей. Так что, если вы наивно полагали, что самым жестоким фильмом является «Пила» или какой-нибудь «Хостел», то вы просто не в теме.

Как бы там ни было, фильмы Фульчи считаются классикой хоррора. Именно на них выросли все сегодняшние столпы жанра, такие как Уэс Крейвен («Кошмар на улице Вязов» и «Крик»), Александр Ажа («Зеркала») и многие другие. Фильмы ужасов, тем более итальянские, это вообще очень специфическое действо, поэтому рекомендовать этот фильм к просмотру я не буду. Но желающие всё равно найдутся.

1 Trackback / Pingback

  1. «Седьмые врата ада» (E tu vivrai nel terrore – L’aldila, 1981) | Все о Кино

Оставить комментарий