Рецензия на фильм «Красная жара» (Red Heat, 1988)

«Красная жара» (на самом деле сленговое словечко “heat” еще переводится как «коп» или «пушка», но нашим переводчикам было недосуг) является самой недооцененной лентой в творчестве американского режиссера Уолтера Хилла. Хуже киноманами разных стран оценивается разве что его поздний вестерн «Дикий Билл», да совершенно невнятная фантастика «Сверхновая». Но для русского (простите, советского) зрителя данная картина является почти культовой. И не только потому, что главную роль в ней сыграл «последний киногерой» Арнольд Шварценеггер, звезда видеосалонов и кумир подростков поколения восьмидесятых.

Главной достопримечательностью для наших зрителей стал тот факт, что в фильме Хилла «Железный Арни» предстал в образе московского милиционера Ивана Данко. Впервые русские в кадре голливудского боевика перестали олицетворять мировое зубастое зло, а, наоборот, в содружестве с разбитными американскими копами, мочат международных наркоторговцев. Картина неслучайно открывается и закрывается титрами с вкраплениями кириллицы под звуки кантаты Прокофьева и под виды той самой, всамделишной, Красной площади. Прошло полгода, прежде чем съемочная группа сумела пробить себе разрешение на доступ в сердце столицы СССР.

… У преступности нет национальности. Когда грузинский наркодилер Виктор Роставили (транскрипция оригинала сохранена) убивает в Москве советского милиционера Юрия, его коллега, капитан Данко, вынужден последовать за бандитом в США, где последний намеревается не только укрыться от преследования, но и продолжить свои грязные делишки. Виктору не повезло: его сцапали посреди Чикаго с незарегистрированным пистолетом в бардачке, о чем тут же телеграфировали в Москву. «Наши» (большую часть русских в ленте сыграли американцы и венгры) высшие чины приказывают Данко по-тихому возвратить Роставили на родину, где его ждет уютный деревянный ящик.

Однако Роста отнюдь не собирается печально дожидаться своей участи. У него на носу крупная сделка с местными бритоголовыми неграми, и ему некогда путешествовать «back in USSR», тем более в такой компании. Не успел Данко забрать халтуру из чикагской тюрьмы, как вышеупомянутые темнокожие мерзавцы высвободили своего клиента, устроив Данко сотрясение мозга, а его американскому сопровождающему – похоронные почести.

Данко, как и полагается русскому, не только расслабляется водкой и кормит попугайчика по часам, но и борется до конца. Несмотря на желание консульства закончить миссию по поимке Росты здесь и сейчас, капитан милиции делает своему чикагскому напарнику Арту Ридзику выгодное предложение. Данко должен во что бы то ни стало сцапать Виктора, живым или мертвым, в то время как у Ридзика чешутся руки отомстить за убитого друга. Вдвоем представители закона намереваются прочесать все самые темные закоулки города, отыскать бандита и судить его «по законам военного времени»…

Для западного зрителя в картине Уолтера Хилла не было ровным счетом ничего примечательного. Вполне стандартный боевик для Шварценеггера и совершенно типичный видеоряд для самого режиссера, коего, наоборот, ругали за примитивизм. Мол, после «48 часов», «Перекрестка» и «Миллионов Брюстера», можно было снять что-нибудь и более оригинальное, чем прямолинейный зубодробительный боевик с австрийским культуристом.

К слову, Голливуд уже пытался отойти от стереотипа «bad Russians». В частности, в картине Майкла Эптида 1983 года «Парк Горького», поставленной по одноименному роману Мартина Круза Смита. Тогда весь фильм был снят в Хельсинки, заботливо напичкан шапками-ушанками и прочими привычными глазу советских людей атрибутами, вроде «Жигулей» и водки в графинах. Сценарий «Красной жары» писался с нуля, так сказать, на злобу дня, и было видно, что авторам не столько хочется развенчать мифы (после «типичного» русского кафе в начале фильма сомневаться не приходится), сколько поиграть с провокационным материалом.

Консультанты фильма сильно облажаться не успели, благо, что чисто «советских» сцен было немного. И если опустить очевидные примеры «развесистой клюквы» вроде русской бани с девками, то авторы приложили немало усилий, чтобы наши соотечественники выглядели в кадре достойно. Для этой же цели были приглашены носители языка, вроде Олега Видова и Савелия Крамарова, коим достались эпизодические роли. Трудно сказать, почему при этом создатели не удосужились подучить остальных исполнителей, вследствие чего с экрана периодически доносятся коронные фразочки («Какие ваши доказательства?!»), разошедшиеся на цитаты. Арнольду поручили произнести всего несколько коротких и емких словечек, которые он выдает со свойственной ему решимостью («Капитализм», «Хулиганы» и пр.).

Жанрово картина Хилла относится к разряду так называемых «бадди-муви», где роль невольного напарника немногословного советского капитана досталась характерному актеру Джеймсу Белуши. Последний в фильме является сосредоточием всех предвзятостей и штампов на счет СССР, укоренившихся в американском сознании. Белуши, которому не привыкать изображать полицейских («К-9»), составил Шварценеггеру отличную компанию, полностью компенсируя молчание партнера своей болтовней.

Безусловно, кому-то сюжет фильма может показаться надуманным и абсолютно фантастическим. Как же, позволили советскому милиционеру устраивать разборки в Чикаго, да еще и с присущим Арни размахом и масштабом разрушений. С другой стороны, отечественные детективы про шпионов, которых чаще всего играли наши прибалтийские друзья, тоже не отличались «умом и сообразительностью». Как говорится, нечего на зеркало пенять.

В перестроечном отечестве «Красную жару» вышколенные советские критики облюбовали сразу. Фильм в нашем широком прокате, само собой, не светился, будучи лакомым куском для владельцев видеосалонов и личных видеомагнитофонов. Впрочем, надо постараться, чтобы узреть в картине Уолтера Хилла «антисоветчину». Сами американцы, хоть и обеспечили фильму весьма умеренные сборы, посчитали (и правильно сделали) приключения милиционера в Чикаго больше комедией, чем боевиком. Даже при наличии взрослого рейтинга R, серьезно воспринимать происходящее на экране не стоит. Сам режиссер, которому долго пришлось обивать кабинеты, чтобы добиться нескольких минут съемки на Красной площади, не постарался отомстить, а, скорее, язвительно прошелся по штампам и клише, коими, например, авторы второго «Рэмбо» потчуют аудиторию на полном серьезе.

Нельзя сказать, что «Красная жара» стала в карьере будущего губернатора Калифорнии значительной вехой, но косвенная пародийность его образа позволила Шварценеггеру в дальнейшем разнообразить свое амплуа. Доказательством тому стали чисто комедийные ленты «Близнецы» и «Детсадовский полицейский», в коих талант Арнольда заиграл новыми красками.

P.S. Музыкальным оформлением фильма занимался один из самых маститых композиторов Голливуда, Джеймс Хорнер. Забавно, что он же работал на саундтрэком упомянутого выше «Парка Горького», а также боевика «Коммандо» с участием Шварценеггера. В результате, музыка во всех трех лентах получилась одновременно запоминающейся и похожей друга на друга. Позже Хорнер полностью отошел от своего «рваного стиля», переключившись на более стандартные, классические для Голливуда, нотки («Титаник», «Аватар» и многие другие).

3 Trackbacks / Pingbacks

  1. Рецензия на фильм "Крепкий орешек" (Die Hard, 1988) | Авторский киноблог Евгения Жаркова
  2. Новинки кино – Кинопремьеры весны 2012 – 8 марта | Авторский киноблог Евгения Жаркова
  3. Рецензия на фильм «Вспомнить все» (Total Recall, 1990) | Авторский киноблог Евгения Жаркова

Оставить комментарий